Контекст
Поскольку это вступление к Евангелию от Иоанна, более широкого «смыслового единства» как такового здесь нет. Поразительно, по меньшей мере, что в праздник праздников Православная Церковь читает не одно из многих повествований о воскресении Христа, а вступление к Евангелию от Иоанна. Достаточно сказать, что любое вступление к любому литературному произведению содержит в сжатой форме всё содержание книги. Само вступление должно читаться и пониматься на фоне пророческой и премудростной традиций древнего Израиля, а не с учётом некоего предполагаемого философского фона.
Комментарий
С воскресением Христа начинается проповедь евангелия Его учениками, посланными на это служение. Ветхий Завет коренится в Божественном «пророческом» слове, которое превращает хаос в упорядоченное творение. Это слово через пророков обетовало Новый Иерусалим из развалин и изгнаний наказанной Иудеи. Действительно, глагол bara’, употреблённый в Быт 1:1, — тот же, что часто встречается в Ис 40–55 применительно к спасению Богом Своего народа. Так и здесь, в Новом Завете, нам говорится, что «в начале» было «слово» апостольской проповеди, принёсшее свет познания и жизни всему миру. Однако большинство язычников и иудеев его не приняли. Но немногим, принявшим его, дано было стать чадами Божиими, которые унаследуют пребывание с Ним в Его обители, небесном Иерусалиме.
Эта весть божественна по своему происхождению, поскольку она от Бога и потому «божественна», как божествен Бог (1:1). Однако она проповедуется через человеческое посредство: «Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн». Иоанн, как указывает его еврейское имя yohannan, несёт миру весть Божией «благодати». Его миссия — представить Божественного Посланника Бога, Иисуса, истолковывая Закон Моисеев, представляющий весь Ветхий Завет. Однако именно Мессия Иисус есть истинный проводник Божественной благодати (1:17), поскольку Он, по свидетельству Иоанна, есть Агнец, о Котором говорится в Ис 53. В этом смысле Иисус, как Агнец из Ис 53, есть «Единородный» (то есть единственный в своём роде) Посланник Бога, несущий «единственное» слово Божие, то есть писания и Ветхого, и Нового Завета — «единое» слово Божие.
Всякий раз, когда чада Божии собираются вокруг «скинии» Божественного свидетельства, заключающей в себе Его «слово» (1:14; ἐσκήνωσεν [поставил шатёр] — от того же корня, что и σκηνή [шатёр]), они осознают, что на самом деле являются членами Божьего собрания, созданного вокруг Его «слова», которое несёт и открывает нам Его Мессию. Это явно утверждение против храма. Действительно, истинный небесный храм определяется именно «скинией свидетельства»: «И после сего я взглянул, и вот, отверзся храм скинии свидетельства на небе.» (Откр 15:5). Точно так же на евхаристическом служении жертвенного Агнца мы собираемся вокруг Евангелия, которое есть для нас Христос, как мы утверждаем во время песнопения Малого входа. Это центральное место писаного слова очевидно из того, что евангельское чтение службы дня Воскресения Христова даже не упоминает о воскресении, но говорит о «слове», которое его возвещает, как учил Апостол: «Если же о Христе проповедуется (возвещается), что Он воскрес (в RSV — “as raised” для подлинного ὅτι … ἐγήγερται) из мёртвых, то как некоторые из вас говорят, что нет воскресения мёртвых?» (1 Кор 15:12)
Дальнейшее чтение
Павел Надим Тарази (Paul Nadim Tarazi), New Testament Introduction, Vol. 3: Johannine Writings, St Vladimir’s Seminary Press, Crestwood, NY, 2004; с. 131–145.